«Раскольников» «Коляда-Театра»: полтора часа хайпа…

Каждый приезд «Коляда-Театра» во главе с руководителем Николаем Колядой в Москву становится настоящим событием для той части театральной столицы, которая любит и ценит новое, живое и невиданное прежде на подмостках. Вот и 25 мая несмотря на весьма нетрадиционное время — 12 утра, да ещё и в воскресенье — театральный центр «На Страстном» пусть и не смог похвастаться аншлагом, но собрал в своём зале весьма солидное для столь раннего часа количество публики, пришедшей подивиться на новый спектакль «Коляда-Театра» (его премьера состоялась только-только — 28 апреля) под лаконичным названием «Раскольников».

Впрочем, не «Раскольниковым» единым. Коляда «оккупировал» театральный центр всего на два выходных дня — в рамках театрального марафона «Ты чё, с Урала?» Но воспользоваться предоставленным временем решил по полной. Шесть спектаклей (один из них — «Тот самый день» — правда, выделился и демонстрировался зрителям в арт-центре «Эфир»), четыре читки пьес современных уральских драматургов и целых два театра на сцене — собственно, «Коляда-Театр» из Екатеринбурга и московский «Театр Новых Пьес», художественным руководителем которого является, что логично, всё тот же Николай Коляда.

Так что «Раскольникова» показывали утром ранним не из-за неведомого проклятия и не потому, что звёзды так встали. Необходимо было вместить невместимое и продемонстрировать москвичам максимум из задуманного.

Во время прошлых гастролей «Коляда-Театра», в январе, я посмотрела абсолютно чумовое и прекрасное «Горе от ума», а потому буквально не могла дождаться того дня, который откроет мне тайну: как же Коляда увидел и трансформировал ещё одно классическое произведение, на сей раз — роман самого Достоевского (одну из моих любимых книг, между прочим)?

И пусть всего по двум спектаклям судить грешно, но я ответственно заявляю: Николай Коляда — гениальный интерпретатор классики. Да, я не слишком-то прониклась его видением современных пьес (в моём багаже, правда, только «Уроки сердца» и «Играет дурочка на дудочке», но вектор вполне понятен). Там фантазия Коляды не бьёт фонтаном, позволяя тексту выходить на передний план — а вот качество его, текста, порой удручает. Не стоит он такого внимания.

К классике постановщик относится куда менее щепетильно (но, как ни странно, при всём при том очень бережно — сохраняя дух, настроение, главные мысли и мораль оригинала; потому я, в частности, и не боюсь громко именовать интерпретации Коляды гениальными). Текст порой отходит на задний план, и первая скрипка достаётся режиссёрским находкам, вывертам, фишечкам, иносказаниям и безбашенно-гротесковой клоунаде — всем тем инструментам, посредством которых Коляда и доносит до нас две мысли (впрочем, частенько сплетающиеся в одну): авторскую и свою.

Что интересно, сам авторский текст преподносится публике практически без купюр (ну, кроме «Раскольникова», который тут стоит особняком) и изменений. Коляде не нужно играть со словами, чтобы сделать классику «своим», индивидуальным и глубоко личным творением. У него собственные инструменты, которыми он владеет столь мастерски, что даже моменты пошлости и гротеска смотрятся (хотя сделаю ремарку: смотрятся почти всегда) неким высоким искусством, действительно необходимым в спектакле именно здесь и сейчас.

Так что «Раскольников», спросите вы? О, друзья мои, это — блюдо особой изысканности! Честное слово, имей я возможность, сразу бы пересмотрела спектакль ещё разика два-три, прямо не выходя из зала.

На сцене — всего три актёра. Сам Раскольников — Мурад Халимбеков и, скажем так, прочиеИгорь Баркарь и Владислав Мелихов. Молодые артисты справляются со сложнейшей задачей: «на троих» разыграть перед публикой объёмный и перенасыщенный роман Достоевского. И делают это филигранно.

«На что пошёл Раскольников? — размышлял Коляда перед началом спектакля. — По-моему, он пошёл за хайпом».

«Преступление и наказание» по-новому. Спектакль существует как бы вне времени и пространства. Всё происходит то ли во времена Достоевского, то ли в наши дни, а то ли действие зависло где-то в «весёлых 90-х» (привет Кончаловскому с его одноимённой рок-оперой).

Впрочем, почему бы нет? Хайпа люди жаждали во все времена — пусть даже и не подозревали о том, что такой термин когда-либо может возникнуть.

И, знаете, ставь «Раскольникова» некий режиссёр с хотя бы чуть меньшим тактом по отношению к первоисточнику — и одновременно не столь храбро «ломающий устои», круша страницы романа, как отбойным молотком, сам спектакль тоже стал бы всего лишь хайпом. Но он не таков. Он, повторюсь, великолепен.

Так вот, из книги «вычеркнуты» огромные пласты, целые главы и практически все персонажи (а как иначе — спектакль длится всего полтора часа без антракта). Но любовно сохранены все основополагающие моменты.

Просто шедевральный монолог про сон об убийстве лошади в начале (Мурад Халимбеков заслуживает за него всех премий мира; я ещё ни разу не слышала, чтобы этот отрывок кто-то читал глубже и пронзительней). Квартира старухи-процентщицы и Лизаветы. Письмо матери. Беседа с Разумихиным. Убийство. Диалог с Лужиным. Допрос Порфирия Петровича. Сонечка. Притча о Лазаре. Каторга. И… ещё одна жемчужина спектакля — зубодробительный финал, во время которого зал молчит и не дышит…

Всего лишь несколько точек на этой шкале координат нравственной трансформации Раскольникова — а больше в данном прочтении и не нужно.

И что это всё — быль или небыль, правда или бред? Персонажи раздваиваются, являясь то ли реальными людьми, то ли голосами в голове главного героя, Сонечка — это чёрная роза из металла, обвязанная кроваво-красной лентой, цепи здесь (да-да, самые настоящие) и освобождение от них — это символы свободы и рабства (как внутреннего, так и внешнего, даже финансового), а грязь, которая в финале покрывает всё тело Раскольникова — знак очищения…

Традиционно для «классики от Коляды» во время просмотра возникает столько вопросов, что голова приобретает квадратную форму и начинает плавиться. Но вот ты выходишь из зала — и подсознание, само по себе, без всякого усилия, находит ответы — один за другим. И становится абсолютно ясно, почему та или иная сцена решена именно так, что хотел сказать постановщик, и кто ты — именно ты! — во всей этой фантасмагории.

Только предупреждаю: если вы вдруг «проходили мимо» романа Достоевского, даже не пытайтесь купить билет на «Раскольникова» от Коляды. Эта история требует если не глубокого, то хотя бы крепенького знания первоисточника.

Никто не ведёт вас по вытоптанной тропинке сюжета — повествование рваное и неровное, как кардиограмма, и ваша задача — созерцать и пытаться осознать, почему именно эта сцена вошла в спектакль? Зачем она была решена так, а не иначе? И вот тогда «Раскольников» откроет вам свою душу.

Достоевский под новым, не самым комфортным углом. Шикарная работа режиссёра. Чудеснейшие артисты, в которых влюбляешься с первой сцены.

Если вы — смелый зритель с незашоренным сознанием, то этот спектакль — для вас. Я — рекомендую. И хочу посмотреть «Раскольникова» ещё как минимум разок. Уверена — мне гарантирована масса открытий. Ибо подобные вещи не раскрываются сразу на все сто.

Flickr Album Gallery Powered By: WP Frank

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *